Читайте новую Рецензию на спектакль на портела Ева.ру,

а также

Для Театральной Кассы 2009/2010

МАРИЯ  СПЕРАНСКАЯ.

«Кто», Ариэль Дорфман

Режиссер Максим Виторган

            Этот спектакль провоцирует два заблуждения. Во-первых, он хоть и поставлен по пьесе «Смерть и девушка», но ничего общего с созвучной сказкой Горького «Девушка и смерть», не имеет. «Смерть и девушка» - это квартет композитора Франца Шуберта и одновременно – одна из улик в этой страшной, запутанной истории. Во-вторых, можно решить, что сюжет, который во многом - отражение нашего сегодняшнего дня, вышел из под пера кого-то из современных русских авторов, спрятавшегося за псевдонимом. Ничего подобного! Драматург Ариэль Дорфман – реальное лицо, живет в Чили, довольно популярен, по этому его сочинению даже есть фильм Поланского. Московская же премьера изменила имя на «Кто» и усилила жанровый акцент – триллер. Триллер на сцене – гость не частый, что заранее усугубило режиссерскую ответственность. Впрочем, новичкам обычно везет, и дебют Максима Виторгана, как режиссера театра, оказался вполне состоятелен. Именно Виторган перенес действие из конкретной латиноамериканской страны, в страну абстрактную, то есть как бы любую возможную, поменяв персонажам имена на международные. И именно Виторган придумал начать постановку, как съемку телевизионного ток-шоу, показав весь абсурд и фарсовость таких передач, какие бы острые темы в них не обсуждались. На этот раз на фоне суеты гримеров, осветителей, помрежей, навязывающих публике в телестудии нужные реакции табличками «СМЕХ» и «АПЛОДИСМЕНТЫ», был представлен новый председатель правительственной комиссии по правам человека и дебатировался вопрос – что нужно делать с преступниками прошлых лет: найти и покарать или проявить милосердие? Ну, а потом этот председатель – герой ток-шоу - вернулся домой, и там его ждала уже реальная жизненная ситуация, в которой есть предполагаемый преступник и жертва, жаждущая возмездия. Весь ужас в том, что якобы преступник – приятный сосед - гость этой семьи, а жертва – любимая жена председателя. Эта красивая женщина 15 лет назад подверглась пыткам и насилию в подвалах спецслужб. Главного изверга она не видела – у нее были завязаны глаза, но помнит его голос, его коронные словечки, его запах, и то, что, приступая к издевательствам, он всегда ставил музыку Шуберта. Но сосед ли это в действительности?..

            Трио исполнителей – несомненная удача спектакля. Андрей Ильин – председатель Марк – здесь по-новому жесткий, деловитый. Но Ильин делает Марка совсем другим, когда тот вынужден брать на себя функцию буфера, не только потому, что боится за жену, но главным образом – трясется за свою карьеру. Этот незаметный переход – когда в герое срабатывает инстинкт самосохранения, сыгран актером особенно точно. У Сергея Белоголовцева, известного телевизионного комика, в 2009 году только-только начавшего театральную карьеру («Кто» - третий его спектакль), впервые не комедийная роль. С непростым образом соседа Роберта Белоголовцев справился на ура. Именно он делает триллер триллером, постоянно держа баланс между ДА и НЕТ, играя, то несчастного, ложно обвиненного скромного симпатягу, то хитрого и расчетливого садиста, не желающего ни в чем признаваться, отчего расположение зрителей непрестанно качается, склоняясь то в пользу этого непонятного Роберта, то – в пользу Анны. Женщина, потрясающая пистолетом – априори фигура опереточная, но тут нужно было сделать ее ни на йоту не смешной. Пошли от противного, и то, что актриса Елена Ксенофонтова держит оружие неправильно, и то, что ее Анна связала подонка своими колготками, только преумножает кошмар и трагизм происходящего. Женский образ – безусловно, не только центральный во всей этой заварухе, но и самый сложный. Ксенофонтовой приходится одновременно убивать в себе женщину и быть щемяще женственной, при этом проявляя весь спектр психологических состояний от истерики до окаменелости, от одержимости до сомнений...

            Финал ошеломляет своим цинизмом. Спектакль поставлен и сыгран так, что потом долго не отпускает, заставляя мысленно вновь и вновь возвращаться к увиденному, размышляя – а как бы на месте героев поступил я?

     ДРУГОЙ ВИТОРГАН
     Текст: Марина Зельцер
     Журнал «Всегда женщина», февраль 2010, № 2 (12)
     
     Он медлителен, спокоен, обладает отменным чувством юмора. Внешней мягкостью скорее похож на маму, талантливую актрису Аллу Балтер, которой, к сожалению, уже нет на свете, а некоторой жёсткостью суждений, наверное, пошёл в отца, Эммануила Виторгана
     
     Кто?
     
     Максим Виторган уже давно сам отец: дочери Полине - тринадцать, сыну Дане - девять. Профессиональный актёр, в этом сезоне он впервые выступил в качестве театрального режиссёра. Его спектакль «Кто?» в «Другом театре» поднимает серьёзные нравственные проблемы. Он поставлен по знаменитой пьесе Дорфмана «Смерть и девушка», в центре сюжета – дискуссия о том, нужно ли судить всех, кто служил тоталитарному режиму, или лучше переступить через вину оступившихся и жить дальше.
     - Максим, у вашего спектакля достаточно жёсткий финал. Не боитесь отпугнуть публику?
     - Финал ещё более жёсткий, чем в пьесе, я практически не оставляю надежды на хеппи-энд. Но у меня в этом смысле достаточно пессимистичный взгляд на мир, потому что нигде не вижу бесконечно побеждающего добра. Кроме того, понимаю: большинство просто хочет отгородиться от негатива, спрятаться в скорлупе, полагая, что его это не коснётся.
     В театрах идут зарубежные комедии положений, которые собирают полные залы. Это только подчёркивает то, что человек слаб. Один из героев моего спектакля – решительный, взрослый, с принципами - тоже в какой-то момент даёт слабину и начинает искать простое решение сложной проблемы.
     Человек вообще к этому склонен. Мы стоим в пробке - пропускаем президентский кортеж с мигалкой - и страшно ругаемся. Но в принципе каждый из нас видит выход из ситуации в том, чтобы получить такую же мигалку. Спектакль называется «Кто?» в том числе и потому, что все герои в какой-то момент обнаруживают себя кем-то другим, не теми, кем считали раньше.
      - Всегда можете однозначно сказать: этот человек плохой, а этот - хороший?
      - Могу, хотя это не значит, что я прав. Иногда бываю очень резок. Например, считаю, что нет смысла выяснять, был ли Сталин хорошим менеджером. Это совершенно неважно. Представьте, что в современной Германии их Сталин, то есть Гитлер, занимал бы в общественном сознании такое же место, какое занимает наш. Они от этого отреклись, но не предали забвению. Государство проделало огромную работу, выплачивало деньги родственникам жертв холокоста и т. д. Только если мы забудем о том, что мы сверхдержава, перестанем раздувать щёки и будем доказывать свою зрелость делом, например, заботой о гражданах, что-то изменится.
      - Чем же объясняется равнодушие к происходящему со стороны народа?
      - Купили ребёнку в иностранном магазине игрушку и отвлекли внимание… «Ух ты, я приобрёл иномарку «Део Нексия», когда не мог мечтать о «Запорожце». К сожалению, самое важное променяли на колбасу. Расплата будет жестокой. Казалось бы, сделали огромное дело – свалили советскую власть. Подвиг. А что сейчас? В 90-м я был в Америке, и люди там относились к нам просто удивительно. Понимали, что, может быть, мы несчастные, столько пережили, но нас уважали за то, что мы изменили мир. Сейчас отношение к нам на частном уровне совершенно другое - не знают, чего от этих русских ожидать…
      - А в отношениях между людьми что-то изменилось?
      - Наверное, да. В ходу выражения «не парься», «не заморачивайся»… Люди не хотят сопереживать друг другу, брать на себя чьи-то проблемы. Раньше этого не было. Знакомые, посмотрев мой спектакль, говорят: «Очень понравилось, интересно, тронуло. Но всё как-то тяжело…» Это отражение того, что происходит в обществе.
      У меня всегда вызывает интерес то, чему я могу сопереживать. А когда в двадцать пятый раз рассказывают о том, как муж вернулся из командировки, а жена в это время… Не могу я этому больше сострадать! (Смеётся.) Конечно, огромную работу по оболваниванию проделало телевидение. Думаю, сознательно, потому что талантливо. Когда у человека вырабатывают простые рефлексы: зажглась лампочка – потекла слюна, он становится легкоуправляемым. Что-то должно вызывать либо смех, либо слёзы, но ты не должен «париться». Когда такому зрителю говоришь: «Подожди секундочку, подумай, это же про тебя!», он отвечает: «Не-е, зачем мне думать? Не могу и не хочу!» И не докажешь ему, что он человек и потому должен думать. Я тоже люблю отдыхать и, например, смотреть сериал «Друзья»… Но не только же это.
      - Считаете, что искусство может что-то изменить в обществе?
      - У меня нет ответа на этот вопрос. Но нам хотелось, чтобы наш спектакль спровоцировал какие-то раздумья… Меня так достало, что все наши художники объявили политические и социальные высказывания ниже своего достоинства и мужественно отреклись от этого… Я тоже не особенно этим увлекаюсь, но такая дружная решимость меня смутила.
      В последнее время единственное политическое высказывание я услышал от Никиты Михалкова с его фильмом «12». Но там, к счастью, и, видимо, случайно его убеждённость совпала с идеологическим настроем в стране: вот придёт добрый богатырь и всех спасёт. (Улыбается.) Поэтому, конечно, Никита Сергеевич выступил отважно, но безопасно. Не считаю, что совершил со своим спектаклем какой-то смелый протестный акт. Но, если он кем-то воспринимается как таковой, это не моя заслуга, а беда страны.
     
     Отец и сын
     
     - В вашем детстве, дома, на «кухне» активно обсуждалась политика и ситуация в стране?
      - Достаточно. Я всегда знал, может быть, без персоналий, что с советской властью нельзя связываться и так далее. Вспоминаю, как в 1981 году на Таганке вышел спектакль «Владимир Высоцкий», который сразу запретили. Мне тогда было девять лет, и я, не понимая смысла и часто не разбирая слов, уже слушал песни Высоцкого. Сейчас моему сыну девять, и мне хочется сделать что-то такое, чтобы он воспринимал мир не только через экран телевизора. Хочется, чтобы он сомневался, задавал вопросы. Чтобы ощущал ценность и значимость собственной личности. Я не очень много могу для этого сделать. Разве что говорить с ним, обсуждать какие-то ситуации и темы.
      - Ваши дети рвутся что-то обсудить с вами, посоветоваться?
      - С Полиной у меня как раз такие отношения, чему я несказанно рад. Мне с ней интересно общаться. Не всегда, конечно, хватает выдержки, тем не менее… Стараюсь приучить её решать свои проблемы самостоятельно, не пользуясь сильной папиной или маминой рукой. Объясняю, как разговаривать и договариваться.
      - С отцом часто встречаетесь? Обсуждаете что-то театральное, жизненное?
      - Практически нет. Мы живём в параллельных культурных мирах. Нет никакого конфликта, нормально общаемся, но серьёзных разговоров о жизни, театре или семейных советов не бывает.
      - С мамой вы чаще делились?
      - Пожалуй. И не только потому, что папа был постоянно занят. У мамы хватало терпения пройти со мной весь путь - от поступка до сомнений, а папа сразу выдавал конечный результат, и я не всегда мог это воспринять. Мама была очень мудрой.
      - Вам не кажется, что Алла Балтер с её красотой и талантом недополучила признания?
      - В театре она играла центральные роли. А в кино – да, недополучила. Странно, что так произошло. Может, у мамы был другой способ работы… Она всегда в глубину копала, так обстоятельно подходила к роли, что, наверное, это не очень годилось для кино. Там надо раз, раз… и всё сделано.
      - А что с вашими амбициями? Чего хотите от жизни?
      - Сейчас ничего. Я совершенно выпотрошен. Не стремлюсь к медийности. Конечно, не буду возражать, если она придёт, но делать что-то исключительно ради этого… Хотя нет, уже делаю. (Смеётся.) Если бы не деньги, я бы вообще не выходил из театра, ставил бы и играл. Создавать что-то ты должен только тогда, когда не можешь молчать. Но если ты всё время не можешь молчать – это странно. (Улыбается.)
     
     О деле и безделии
     
     - Когда у вас впервые возникли мысли о режиссуре, желание что-то поставить?
      - Мама рассказывала: когда мы были на прогоне знаменитого спектакля Анатолия Васильева «Взрослая дочь молодого человека», я вышел в фойе после первого акта и громко сказал: «Я бы лучше поставил». Мне было лет шесть. Видимо, я всегда внутренне хотел этого.
      - Были случаи, когда вы отказывались от работы, а потом видели результат и жалели?
      - Я вообще от многого отказывался. Потом жалел, понимал, что поступил неправильно. В принципе какое-то время вёл себя неверно. Когда я окончил институт и пришел в ТЮЗ к Гинкасу и Яновской, был настолько увлечён театром, что отказывался от огромного количества не впечатливших меня работ в кино и на телевидении. И… многое профукал. Но я был идеалистом. Сейчас стал значительно компромисснее.
      - Почему же вы ушли из ТЮЗа, если у вас там всё так хорошо складывалось?
      - Из-за нравственного конфликта. Я был категорически не согласен с поведением руководства театра в одной ситуации. Это не касалось меня лично, но мне было безумно жалко людей, которые не могли сказать ни слова, поскольку целиком от них зависели. Считаю, что аморально пользоваться этим. А так как я был молод и горяч, то принял решение уйти.
      - Потом вы ушли из «Ленкома». У Табакова во МХАТе тоже не задержались…
     - Почему? Во МХАТе проработал шесть лет. Это нормально. Дольше я только в «Квартете И» тружусь. (Улыбается.) К Олегу Павловичу мог зайти в кабинет по любому вопросу, это было позволительно. И вдруг… не пускают меня к Табакову. Позже он встречает меня на улице и говорит: «Ай-ай-ай, мне рассказали, что вы то-то и то-то». Я говорю: «Олег Павлович, что же вы других людей слушаете? Поговорите со мной напрямую». И вроде достаточно мирно расстались. А потом мне было предложено (не Табаковым) перейти на договор. На что я сказал: «Если становлюсь независимым художником, то вот это я буду играть, а это нет». И услышал возмущённое: «Ты ещё выбирать будешь?» И выгнали меня из театра… Но я с удовольствием вспоминаю эти прекрасные этапы моего пути.
      - Часто приходилось идти на компромиссы?
      - В работе приходилось. Участвовал в том, в чём не должен был и не хотел. Делал это из-за денег. Но есть какие-то запретные вещи, после которых не отмыться. От таких всегда отказывался. Хотя, наверное, я и в этом смысле идеалист. Ведь есть много художников старшего поколения, бывших членов Компартии, которые даже занимали какие-то посты и при этом оставались творцами. Но у меня способности к такому раздвоению нет.
      - Когда приглашаете друзей на премьеру, хотите услышать от них правду?
      - Мне не столь важно, нравится или не нравится спектакль. На банкете после премьеры чья-то гостья, кажется, из Владивостока, явно не слишком искушённая в театре, сказала, что в какой-то момент ей захотелось выйти из зала или куда-то спрятаться, так ей стало страшно и неуютно. Такая живая реакция – это прекрасно! Мы рассчитывали не то чтобы шокировать, но так, немножко взять за… (Смеётся.)
      -У вас есть какие-нибудь увлечения или работа, работа, работа?..
      - Хобби – это мои друзья. Ничего другого у меня нет. Во-первых, всё, что я делаю, делаю с ними. А бездельничаем мы тоже в основном вместе. Так что с этим у меня полный порядок.
      Я вообще не люблю слишком много работать и позволяю себе роскошь иногда отказаться от дела во имя дружеского общения.
      - Что ещё радует?
      - Меня радовала бы сборная России по футболу, но, увы… Я бы поехал в ЮАР на чемпионат мира. (Улыбается.) Проиграв, они сэкономили мне денег.
      - Кажется, экономить, как и копить, вы не умеете…
      - Не умею. Каждый раз хочу собрать денег хоть на что-нибудь. Очень хочу! (Смеётся.) Не получается. Вот ремонт так и не начал. Правда, не только из-за денег. Не хочу этим заниматься, потому что мне это совсем неинтересно. Совсем.
      - О будущем уже задумываетесь? Что ещё собираетесь ставить?
      - Чаще ставить не могу, это очень выматывает. Сейчас мне трудно даже представить следующую режиссёрскую работу. Не хочу думать о сцене вообще. (Смеётся.) У меня послеродовая депрессия…  

Последние новости от спектакля «КТО»

      В «Другом театре» состоялась премьера спектакля (триллера, по определению режиссера) «КТО». Эмоций у нас по этому поводу очень много, тем более, что «КТО» - первый спектакль Максима Виторгана, нашего большого друга, а все артисты, занятые в спектакле - Андрей Ильин, Елена Ксенофонтова и Сергей Белоголовцев – впервые работают в «Другом театре».
     Поддержать своих пришли родственники и друзья: Эммануил Виторган, Леонид Ярмольник, Алена Бабенко, Лева БИ-2, Леонид Барац, Ростислав Хаит, Егор Дружинин, Алексей Агранович, Александр Морфов, Андрей Житинкин, Дмитрий Чувелев ("Несчастный Случай")... и это мы, наверняка, кого-то еще забыли.
     
     Наравне с восторженными отзывами - см. вчерашнюю новость - появились и более сдержанные. Кому-то из зрителей не хватило эмоций (не на сцене, а у себя внутри, эмоций, рождающихся в тебе в ответ на происходящее на сцене). Впрочем, понятно, что такого рода эмоции - явление очень личное, иногда зависящее от разных посторонних факторов (настроения, усталости и т.д.). А вот в чем сходятся абсолютно все - что Максим Виторган не зря взялся за режиссуру, что это точно его дело.
     
     Пока театральные критики собираются с мыслями (скорее всего - писать или не писать), почитайте, что говорили перед премьерой режиссер и артисты:

     
     И первые отзывы о спектакле: отзыв театрального критика Славы Шадронова...
     
     ...и зрителей, которым удалось побывать на премьере: user elenandelen, user katzl; а вот здесь - несколько мнений, появившихся после премьеры на Форуме "Другого театра". 
      

     А также:   

     Елена Ксенофонтова на радио «Маяк»
     
     Максим Виторган на радио «Культура»

 Появились ещё две рецензии на последнюю премьеру "Другого Театра". И не удивляйтесь, что ссылка одна, а рецензий – две. На портале «Восток-Информ» так принято: на премьеру приходят два критика, а потом они пишут рецензии независимо друг от друга, и обе публикуются. Иногда получается два мнения, иногда - меньше. (Больше - крайне редко).
     Нам, кстати, такая система кажется если не оптимальной, то, как минимум, занятной. Вот бы вообще все критики приходили на спектакль, писали рецензии, а потом показывали их друг другу и общественности разом, в один и тот же день. Так, может быть, удалось бы избежать подозрительного единодушия в разборах спектаклей, которое мы уже не раз замечали…
     В общем, читайте, приходите, «присоединяйтесь» к мнениям или спорьте с ними.
     
     А завтра на радио «Маяк» в прямом эфире вы сможете задать вопросы режиссеру спектакля Максиму Виторгану (это его довольная физиономия украшает эту новость - см. налево) и исполнительнице главной женской роли Елене Ксенофонтовой. Кстати, вести программу будут наши любимые «маяковские» ведущие Ольга Кокорекина и Вадим Тихомиров. «Любимыми» их назначил Камиль Ларин, который был в программе «Смотрите, кто пришел» несколько недель назад. И, значит, так оно и есть: Камиль редко ошибается. Анонс передачи смотрите здесь.
     Частота радио «Маяк», на всякий случай, - 103,4 FM.
     
     Если же, вдруг, вам не удастся в 12.00. оторвать голову от подушки, или наоборот, дела выгонят вас из дому значительно раньше, вы сможете узнать многое о спектакле "КТО" из интервью, которое дадут все тот же Максим Виторган вместе с продюсером спектакля Сергеем Петрейковым на волнах радиостанции "Сити FM" с 20 до 21 часа.
     Правда, здорово?

Как выясняется (мы не очень активно следим за изменениями в жизни различных СМИ), "7 дней" - это уже не только очень популярное глянцевое издание с телепрограммой, но и целый издательский дом (правильно?) со своим порталом в интернете. А на этом портале - очень много различных видеосюжетов, среди которых нашлось место - в разделе "Светская хроника" - и для весьма симпатичного репортажа про премьеру спектакля "КТО".
     Вот этот репортаж. Смотрите. И, если заинтересуетесь, то помните, что спектакль "КТО" идет сегодня, 22 ноября (некоторое количество билетов еще есть - мы увеличили ВИП-зону на целый ряд... так сказать, "изыскали внутренние резервы"), а потом - 11 и 17 декабря... ну, и дальше, конечно; просто, январских чисел мы еще не знаем... не говоря уже о февральских.
     И большое спасибо Алине за "наводку" - она сообщила об этом репортаже первая, и пока что - единственная.
     
     А вот еще одно небольшое интервью Сергея Белоголовцева с сайта WhyWhyWine. Вот оно. В соответствии со спецификой сайта (а он, как понятно из названия, о вине), речь в интервью идет поровну - о новой работе Сережи в театре, т.е. о его роли в спектакле "КТО" и о вине, которое он предпочитает. Надо сказать, и то и другое читается не без удовольствия.